Спектакли Квартета И

Разговоры мужчин среднего возраста о женщинах, кино и алюминиевых вилка.

История этого спектакля начиналась одновременно с пьесой «Быстрее, чем кролики»… а если совсем точно, то даже немного раньше. Когда мы еще только приступали к «Кроликам…», только пытались нащупать хоть какую-то отправную точку, от которой можно было бы начать сочинение новой пьесы, - мразговаривали. Разговаривали о вещах, которые обычно волнуют мужчин среднего возраста (а было нам тогда по 35-38 лет).
А что волнует мужчин в этом возрасте? В первую очередь, конечно, женщины. Потом – работа, деньги, успех, популярность (это – если работаешь в шоу-бизнесе, а мы, ведь, именно в нем и работаем); зависть к более удачливым коллегам, ровесникам, друзьям... да, вообще, - к более удачливым; ну, и, разумеется, мысли о своей профессии (особенно, если попал в нее не случайно). Всё это мы, на всякий случай, записывали. Мы говорили, записывали, говорили… и вдруг набрели на идею, которую Саша Демидов сформулировал словами «а вдруг это мы все умерли, а всё еще думаем, что живы?» (ну, или как-то похоже сформулировал). Эта идея и легла в основу пьесы "Быстрее, чем кролики", к непосредственному сочинению которой мы с этого момента приступили, а страниц тридцать материала остались лежать до лучших времен.
Но бросать наговоренное было жалко. Драматургии, из этого, конечно, никакой не складывалось (да так и не сложилось), но сами мысли были нам дороги – уж больно искренни были и от души. И мы, в конце концов, продолжили – и говорить, и записывать. Этот процесс – вместе с последующей шлифовкой литературного материала – доставил нам настоящее наслаждение. А вот, казалось бы, логичное (ведь мы же театр, как-никак) желание сделать из этого спектакль надолго поставило нас в тупик. «Хорошо Гришковцу, – рассуждали мы. – Он один вышел на сцену, и все, что написал, сам и произнес. А нам что делать? – хором, что ли, все это скандировать?».
В итоге, репетировали мы спектакль последние три недели перед премьерой, уже заклеив всю Москву афишами; даже так - три недели без одного дня. Весь этот день мы судорожно переводили почти сто страниц плотного «машинописного текста» в некую... субстанцию(?)... пригодную к исполнению на сцене. И самое смешное - перевели. Нет, текста там осталось все равно гораздо больше, чем нужно (сокращать мы, конечно, будем, но, по опыту, все наши сокращения оборачиваются увеличением продолжительности, так что, может, и не стоит), но какую-то "правильную" форму это обрело. Мы попытались найти и, похоже, нашли способ передать наши мысли "напрямую", не облекая их в аллюзии, аллегории и прочую белиберду, которая представляется необходимой большинству театральных деятелей – особенно тем, кому нечего сказать.
Предпремьерные и премьерные показы «Разговоров…» прошли с оглушительным успехом. Перед началом об этом свидетельствовала обезумевшая толпа, пытавшаяся всеми правдами и неправдами попасть в зал; по окончании – то, что половина посмотревших ринулась за билетами на следующие числа. Не тут-то было – все билеты на май и июнь давно проданы, мы открыли продажу на сентябрь, сентябрь уже тоже продался, сейчас продается октябрь, скоро и он закончится. Что это значит?
Это значит, что в очередной раз сработала стратегия «Квартета И», уже четвертый спектакль подряд разговаривающего со зрителем на одном языке и о том, что его волнует. Его – зрителя. И его – «Квартет».
Четверо мужчин в возрасте от 37 до 41 года говорят на сцене именно о том, что их интересует и именно то, что они об этом на самом деле думают. Не выдуманные персонажи думают – они сами. Об отношениях с женщинами, о неудовлетворенных амбициях, о голливудском кино, об изменах, о вот только что (по ощущениям) закончившемся детстве, о ложном пафосе, о приближающейся старости. Зал сидит, затаив дыхание – боится пропустить хоть слово. Два часа 45 минут, которые идет спектакль (без антракта, кстати), пролетают на одном дыхании. Похоже, каждому из присутствующих в зале есть что добавить от себя в эту бесконечную череду историй о взаимных мужских и женских подлостях, о «кривой женской логике» и о фальши в жизни и в искусстве.

Быстрее, чем кролики

Этот спектакль - принципиально новая страница в нашем творчестве. Такого "Квартета" вы еще не видели.
О чем же наш новый спектакль?
О том, о чем за редчайшими исключениями прекратил играть современный театр.
О сегодняшней жизни. О нас.
О таких, какие мы есть на самом деле.
Мы, живущие весело и бессмысленно, немножко тусующиеся с олигархами и слегка знакомые кое с кем из правительства.
Мы, ищущие себя на последних страницах глянцевых журналов в фотоотчетах о светских вечеринках, и соревнующиеся в том, кто из нас ближе к Константину Львовичу.
Мы, с наслаждением загадившие русский язык нелепыми словами «культовый», «гламурный» и «метросексуал», и штампующие вслед за сериалом про ментов сериал про бандитов, вслед за слизанным реалити-шоу – бездарно адаптированный ситком, точно зная, что «эти козлы все схавают».
Мы, дети времени, когда быть успешным стало важнее, чем быть талантливым, понятие «личность» заменено понятием «медийное лицо», а вдохновение и душевные порывы – рейтингом и долей.
И вот мы оказываемся в странном пространстве без координат, похожем то ли на дом, то ли на склеп, то ли на вечность. И надо понять – это мы еще продолжаем прикалываться, или уже умерли?
Как всегда, мы долго не могли определиться с жанром спектакля. Помог Вадик Самойлов, который сказал, прочитав пьесу: «Ну, то есть это про нас, которые так… сами над собой издеваемся…». Или что-то в этом духе сказал, мы дословно не помним, а спрашивать у него неудобно – чего беспокоить композитора лишний раз по глупостям. Так что мы согласились считать нашу пьесу трагифарсом. Тем более, что каждому автору приятно сознавать, что он написал трагедию. Только на нашей трагедии хохочут раз в двадцать секунд. Ну, или, по крайней мере, в тридцать. В общем, – приходите посмотреть. Потому что мы, как последние козлы, постарались сделать спектакль модным, продвинутым и даже немножко гламурным (знать бы еще, что же, все-таки, означает это слово), с элементами детектива, мистики и прочей положенной в таких случаях фигни.

День радио

«День Радио» - на сегодняшний день наш главный хит, музыкальный спектакль, в котором на равных играют артисты, музыканты и деятели шоу-бизнеса. Впервые сыгранный на сцене ДК им. Зуева 24 марта 2001 г., он уже почти пять лет идет с неизменными аншлагами, сколько бы раз и на какой бы площадке он ни игрался. Собрав вокруг себя блестящих молодых артистов - Дмитрия Марьянова, Максима Виторгана, Ольгу Кузину, Нону Гришаеву, и, конечно, Алексея Кортнева, мы не просто поставили новый спектакль, а чуть ли не создали новый театральный жанр. Какой? А вот это вопрос.
Весьма виртуозно написанная пьеса, лихо закрученный сюжет, очень смешные диалоги - все это классические признаки «хорошо сделанной комедии».
В то же время «День Радио» удивительно точно передает атмосферу «как бы модной» радиостанции, а присутствие на сцене самого настоящего радиопродюсера Михаила Козырева в роли, фактически, самого себя, создает ощущение, будто смотришь реалити-шоу из жизни радийного коллектива. Ну, а участие в спектакле группы «Несчастный Cлучай», исполняющей целых 10 оригинальных, специально для него написанных песен, окончательно запутывает любого, кто попробует определить жанр происходящего. Это точно не мюзикл... хотя 35 минут звучания живой музыки... производственная пьеса? - но это не скучная калька с повседневности, это безумно смешно, а при этом не фарс... Короче, это надо видеть.
Сюжет не сложен. Тема тщательно подготовленного на радиостанции музыкального марафона о «потерявшихся в Конго туристах» за полчаса до эфира вдруг начинает муссироваться конкурирующей радиостанцией. На выяснение, через кого прошла учечка информации, времени нет – срочно нужна новая тема. Пока ДиДжеи тянут время в эфире, креативная группа проводит «мозговую атаку». И выход найден.
Технические неполадки на маленьком баркасе в Японском море превращаются в крушение огромного океанского лайнера, а небольшой цирк на борту баркаса в - страшно подумать - уникальный зоопарк с редчайшими, всего в одном экземпляре сохранившимися животными. Марафон стартует и в борьбу за выживание бородатой выхухоли, двузубого чернопопика, подкустовного выползня и других настолько редких животных, что про них никто никогда не слышал, включается весь мир.
Среди сопереживающих - и Бриджит Бардо, интервью с которой на ходу монтируется из аудио-уроков французского языка, и «ведущий специалист по редким животным» в исполнении подвыпившего звукотехника Камиля, и, конечно же, приглашенные на марафон музыкальные группы, все без исключения виртуозно сыгранные Алексеем Кортневым и командой «Несчастный случай».
Страсти вокруг экологической катастрофы накаляются настолько, что Министерство Обороны получает приказ направить в зону бедствия эсминец, и только случайно обнаружившиеся родственные связи администратора «Как бы Радио» в МинОбороны спасают продюсера станции от неминуемого разоблачения.
Михаил Козырев расслабленно сворачивается в своем продюсерском кресле, а со сцены льется неподражаемое «А я болею от радио...» в исполнении «Несчастного случая»…

День выборов

После оглушительного успеха спектакля "День Радио" грех было не задуматься о продолжении. И через два с половиной года после премьеры "Радио" мы выдали "День Выборов" - нашу самую масштабную на сегодняшний день постановку. Тринадцать актеров, восемь музыкантов, два этажа декораций и три с половино часа сценического времени; продолжение истории о сотрудниках «Как бы радио» переносится из эфирной студии радиостанции на просторы целой поволжской губернии, а на сцене перед зрителями предстает целый корабль в разрезе. Все это мы нагородили для того, чтобы вторая часть не оказалась хуже первой, как это часто бывает. И она не оказалась.
Итак, коллектив «Как бы Радио» получает от олигарха - владельца радиостанции, могущественного Эммануила Гедеоновича новое задание – провести предвыборную кампанию и "сделать рейтинг" абсолютно бесперспективному кандидату в губернаторы одной из областей на Средней Волге. Приказы начальства не обсуждаются, они выполняются быстро и беспрекословно.
И вот уже ДиДжеи и креативщики, секретари и администраторы, звукотехники и музыканты плывут по Волге на теплоходе «Николай Бауман», проводят в областных городах пресс-конференции, устраивают митинги и дают концерты. Они преодолевают «творческий беспорядок» в собственных рядах, борются с препятствиями, которые во множестве создает действующее руководство области и состыковывают многочисленные «нестыковки» в биографии и поведении своего кандидата. Сам Игорь Владимирович, человек максимально далекий от политики, на протяжении всей предвыборной кампании решает кроссворд.
Разумеется, несмотря на все сложности «политической войны», «как бы пиарщикам» удается обойти все подводные камни Средней Волги. За Цаплина голосуют и казаки под предводительством грозного атамана Парамонова, и твердолобые военные, и простодушные поволжские бандиты.
Как и «День Радио», «День Выборов» - это сплав комедии на грани фарса, почти документальной «производственной» драмы и рок-концерта, с участием все тех же артистов и команды «Несчастный случай», приготовившей для зрителя очередную серию виртуозных музыкальных стилизаций.
Не участвует в спектакле лишь Михаил Козырев. От генерального продюсера «Как бы радио» в «Дне Выборов» остается только голос, постоянно подталкивающий своих подчиненных к свершению новых забавных подвигов. Утрата хоть и непрофессионального, но любимого зрителями актера компенсируется появлением в спектакле новых персонажей, и, в первую очередь, Игоря Владимировича Цаплина, кандидата в губернаторы, роль которого играют поочередно Александр Цекало, Валдис Пельш и Василий Уткин. (Кстати, до сих пор не утихают споры, кто из них - лучший исполнитель этой роли. Так вот, положа руку на сердце - мы до сих пор сами не поняли. Все трое очень хороши, каждый по своему. Честное слово).
Есть в спектакле и другие сюрпризы. Так, присутствующую в «Дне Радио» пародийную рекламу в «Дне Выборов» сменяет череда теленовостей с участием самых настоящих ведущих информационных и аналитических программ. В них участвуют известные тележурналисты и политики В.Познер, Л.Парфенов, В.Кара-Мурза, Ю.Бордовских, В.Новодворская, Н.Сванидзе и другие.
Не прошло и года с момента выпуска спектакля, а в стране случилось несчастье - губернаторские выборы отменили, заменив нелепой церемонией назначения. Но мы решили ничего в "Дне Выборов" не менять. В конце концов, каждый наш спектакль - это так или иначе срез своего времени, и "Выборы" достаточно точно отражают картину самого начала 2000-х (как "День Радио" - конца 90-х).

Клуб комедии

Проект "Клуб Комедии" появился в нашем репертуаре в ноябре 2002 года. К этому моменту у нас накопилось изрядное количество новых номеров, сочиненных "по случаю" - для капустников в Доме Актера, в качестве поздравления друзьям на юбилеи и дни рождения. Накопилось - благодаря сотрудничеству с "Нашим Радио" - большое количество литературного материала (например, цикл "Черновики А.С.Пушкина"), который тоже хотелось иногда исполнять со сцены. Накопились новые формы импровизаций, которые уже не встраивались в "Актерские игры", потому что тогда пришлось бы выбрасывать что-то из имевшегося. А еще мы знали, что хорошие "капустные" номера есть у многих наших друзей-артистов, например у Павла Сафонова и Алексея Завьялова из театра Вахтангова, или феерическая музыкальная композиция "Художественный свист" у Антона Кукушкина из театра Сатиры. Когда же мы вспомнили, что в "Актерские Игры" несколько раз приходили гости - поимпровизировать,- и с ними спектакль приобретал еще большую остроту (особенно ярким было выступление Евгения Дворжецкого), то "формат" спектакля определился.
За четыре года кто только не побывал в нашем "Клубе" и что только в нем не делал. Геннадий Хазанов изображал Константина Райкина. Юрий Стоянов играл на гитаре, закидывая ее за спину и подбрасывая над головой. Леонид Якубович был Джульеттой в "сцене на балконе", которая, кроме объяснения в любви Ромео еще была вынуждена рекламировать жевательную резинку, стиральный порошок, йогурт и услуги страховой компании - все это пятистопным ямбом.
Александр Цекало до сих пор иногда вспоминает, как он вышел на сцену, и постоянный ведущий "Клуба" Алексей Агранович предложил ему для начала представить, что он не Александр Цекало, а президент Ельцин, и объяснить, почему он так неожиданно ушел в отставку. А потом предложил исполнить с Камилем импровизацию на тему "Раскольников и старуха-процентщица". Саша был старухой, которой пришлось отбиваться от Раскольникова-Камиля в быстро сменявших друг друга жанрах "Оперетта", "Эротика", "Театр абсурда" и "Индийское кино" (на фотографии). А еще "звезды" делают в спектакле то, что они лучше всего умеют - Михаил Задорнов и Виктор Шендерович читали свои тексты, а вот Александр Гуревич, как ни странно, не стал вести "Сто к одному", а сел за рояль и виртуозно сыграл что-то красивое и печальное.

 
 
 
 

Случайное фото: